Замок для невесты
12.09.2017
комментариев: 1
Поделиться

Замок для невесты

Некоторое время тому назад благополучно умер сетевой проект «Донецк, я люблю тебя!», о котором писалось и здесь, и на «Википедии». Свое дело он в свое время сделал, а сделать больше помешало время и кое-что еще. Но некоторые тексты, которые там фигурировали, хотелось бы сохранить. Продолжаем это делать. Напоминаем: проект был чисто литературный. Просьба не беспокоиться тем, кто рассчитывает увидеть здесь что-то другое. И еще просим учесть: все эти произведения писались несколько лет назад. А некоторые — и вовсе много лет тому назад.

Сегодня добавляем рассказ Ирины Мягковой.

 

Есть у меня сотрудница, дизайнер Ирочка, лет 25, тихая такая, милая, скромная. Что я еще знаю о ней? Да ничего. Откуда мне знать? Сидит себе девушка целый день за компом, рисует что-то в фотошопе, практически молча. Не спросишь ничего – сама не расскажет. А я человек не столько деликатный, сколько постоянно погруженный в свои мысли, поэтому лишних вопросов обычно не задаю. Но однажды не удержалась. Подхожу я как-то к ее столу и вижу – на Ирочкином мониторе открыта страница Яндекса и в поисковой строке забито: «Как взломать амбарный замок».

В шутку спрашиваю:

— Ты что, ограбление задумала?

— Нет, — мрачно отвечает она, — с мужем развелась.

— И???

— Замок надо спилить на мосту, — мрачно потупившись, говорит Ира, — а то получается, что с этим уродом на всю жизнь теперь связана.

Пытаюсь подавить смех, но не очень выходит.

— Ну что ты, дорогая. Это же просто глупая примета, даже особо не подкрепленная традицией. Мода вешать амбарные замки на мостах в день свадьбы пришла к нам из Италии. И десяти лет еще не прошло, как молодые пары начали обвешивать свидетельствами своей любви все, что есть декоративно-металлического в городе. Но все эти замочки на мосту и ключики в ставке – не более чем груда ржавого хлама, лишенного всякой магии.

— Не могу, — говорит. – Как прохожу по мосту в Щербакова, так постоянно на этот замок смотрю, глаза он мне мозолит, так больно становится… Сниму!

— И как ты его снимешь? – поинтересовалась я.

— В Интернете описано несколько способов. Во-первых, отвертка. Во-вторых, с помощью двух гвоздей. В-третьих, фомка. Ну и ножовка еще.

Я задумалась. Не знаю, как Ирочка, а я с замками не дружу. Даже с помощью ключа у меня не всегда получается их открыть, особенно если замок незнакомый. А тут – страшные мужские слова: фомка, ножовка. Хотя что-то интригующее во всем этом есть, пахнет авантюрой. Взлом… пусть даже без кражи. Видно, почувствовав, что я заинтересовалась ее идеей, Ирочка неожиданно предложила:

— Слушай, мне как-то одной неловко. Не сходишь ли ты со мной? Пожалуйста.

— Что? Я? Среди белого дня замки пилить на мосту???

— Почему среди белого дня? Я рано утром собаку выгуливаю. Ты же живешь недалеко… Пожалуйста…

Я человек не добрый и далеко не безотказный. Могу, конечно, напрячься и пожертвовать сном или временем ради друзей, но только если случай очень уважительный. А тут… Обиженная девочка, которая собирается сделать очередную глупость. Умная была бы – не вешала бы замков направо и налево. Или оставила бы запасной ключ, на худой конец. Но странно —  бурного протеста против Ирочкиной идеи почему-то я не испытала. В конце концов, где несчастная любовь, там всегда полно глупостей. Я вспомнила, как однажды встретила молодого человека, который судорожно ломал пальцами зеленый черенок с шипами и что-то энергично, но без особого аппетита жевал. Да так, что в судьбе розового бутона сомневаться не приходилось. Чем же глупее взламывать замок на мосту? Может быть, для тихой Ирочки это просто способ избавиться от печальных воспоминаний.

— Ладно, давай.

Договорились на следующее утро.  Но согласилась я не безвозмездно. Бедной Ирочке до конца дня пришлось расплачиваться со мной, слушая мои рассказы о прошлом.

Вначале я долго и восторженно расписывала, каким для меня в детстве было событием – увидеть невесту в белом платье. Тоном старой брюзги я возмущалась:

— Ну что теперь за свадьбы! Никого, кроме молодоженов, близких родственников и друзей, они не интересуют. А вот раньше… Раньше это было событием всего квартала. Перед подъездом невесты собирался весь двор. Выкуп – это было настоящее шоу местного масштаба.

А потом все с нетерпением ждали, когда жених выведет из подъезда красавицу в белом платье. И девочки-подростки с трудом узнавали в сказочной принцессе Светку со второго этажа, которая еще недавно снисходительно делилась рассказами о свиданиях с мальчиками. А потом на машине, обвитой свадебными лентами, жених и невеста ехали в ЗАГС, потом – возлагать цветы к памятникам жертвам фашизма в парк Ленинского комсомола, или к Вечному огню возле ОЦКБ, или к памятнику Ленина… Вот раньше были традиции! А сейчас? Понаедут в парк кованых фигур, фотографируются возле каждой железки, понавешивают замков в парке Щербакова – скоро мост обвалится.

Ирочка слушала меня, рассеянно поддакивая и кисло улыбаясь.

— Ладно, — сжалилась я наконец, — до завтра! Буду в 5 на мосту.

Дома я поставила будильник на 4.45, решив, что выбегу в спортивном костюме вроде как на зарядку. И в 5 утра я была у входа на мост со стороны Щербакова, а в моем рюкзачке позвякивали папины инструменты – отвертка и молоток.

Туман начинал потихоньку рассеиваться. И вскоре я различила фигуру Ирочки, идущей мне навстречу с противоположного конца моста. Рядом с ней семенила небольшая рыжая такса по имени Рита. Вначале Ирочка шла бодро, но потом ее походка стала неуверенной. Она замедлила шаг, периодически останавливалась, приглядываясь к металлическим прутьям ограды. И тут до меня дошло – Ира не может узнать свой замок! Меня начал разбирать смех.

— Ты ж говорила, что видеть этот замок не можешь, глаза мозолит… И где он?

Ира виновато потупила глаза. Помогать так помогать, спрашиваю:

— Когда вешали? Сколько времени прошло? Сильно ли он заржавел? Что на нем было написано? Какого размера?

Ира напряглась:

— Средний такой, серенький, блестящий. Ничего не было написано… Два года назад, летом… На левой стороне моста, где-то между этими двумя фонарями… или теми… Раньше тут их столько не было…

Я грустно посмотрела на гроздья замков, густо увесивших перила. На некоторых были отчетливо видны надписи, их можно было исключить. Некоторые миниатюрные, символические в полном смысле слова, некоторые огромные – впору для любого амбара. Но большинство – серые, ржавые, среднего размера, и непонятно, писалось ли на них что-нибудь когда-либо вообще…

— Ирка, давай спилим какой-нибудь на выбор – символически!

— Ты что! Мне чужое счастье рушить не надо!

Не знаю, чем бы окончился спор, если бы за нашими спинами вдруг не раздался голос:

— Здравствуйте, Ирина Валерьевна! Я так давно вас не видел, последний раз мы встретились у ветеринара, помните? Как поживает Риточка? Мы вот с Бароном недавно участвовали в выставке.

Рядом с мужчиной приплясывал, натягивая поводок, жизнерадостный, тоже рыжий, но в полтора раза больше Риты, такса мужского пола.

— Здравствуйте, Александр Павлович, — рассеянно сказала Ира.

Барон и Рита, незаметно для нас сговорившись,  единодушно потащили хозяев в выбранном ими направлении. Шанса что-то изменить у хозяев не было…

Я долго смотрела на удаляющихся от меня в сторону Университетской людей и собак, и постепенно мое разочарование тем, что не пришлось поорудовать ни ломом, ни стамеской, сменялось радостью и облегчением. Очень хотелось подумать о чем-то очень значительном — о случайностях и закономерностях, о жизненных тупиках и неожиданных решениях. Но вообще-то не очень думалось.

На моих глазах просыпался город. Над ДМЗ уже вовсю алел рассвет, дребезжали трамваи, постепенно нарастал машинный гул, на мосту дул приятный легкий ветерок, парк утопал в зелени, мимо то и дело пробегали любители утреннего кросса, на воде перекликались утки… И не было ничего приятнее, чем ощущать себя частью общей жизни. «Надо, и правда, бегать по утрам», — решила я.

Еще в проекте «Донецк, я люблю тебя!»

Светлана Заготова. «Астрономия Земли»

Александр Верный. «Бенефис Аркадия Ивановича»

Элина Петрова. «Город, в котором я»

Вячеслав Верховский. «Сурепка и Гринпис»

Вячеслав Верховский. «Мальковская креатура»

Алексей Купрейчик. «Город Д»

Игорь Скрипник. «Должник»

Елена Морозова. «Лети, казак!»

Елена Морозова. «Чемодан»

Иван Волосюк. «Парк Любви»


Ясенов

Ясенов

Ещё статьи из этой рубрики

Комментарии

Написать комментарий

Только зарегистрированные пользователи могут комментировать.